Поможем написать учебную работу
Если у вас возникли сложности с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой - мы готовы помочь.

Предоплата всего

Подписываем
Если у вас возникли сложности с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой - мы готовы помочь.
Предоплата всего
Подписываем
Название: «Почему блестит снег»
Автор: Automacho
Связь: 305044263
Бета: Microsoft Word
Категория: slash
Фандом: Tokio Hotel
Жанр: AU, Toms POV, Romance, Vanilla, Fluff, twincest, fairytale
Рейтинг: NC-17
Статус: завершено
Размер: big mini
Персонажи: Билл, Том, Симона(мама), старичок из лавки чудес, фея
Пейринг: Том/Билл(По просьбе Dyrk'и планируется так^^)
Саммари: А вы знаете, почему блестит снег?
От автора: Это мой подарок ПЧ… Ничего особенного, просто легкое описание с моментами рассуждения. Фик будет легкий… Сказочный, волшебный...
Посвящение: всем ПЧ, это подарок на Новый Год и Рождество
Размещение: с разрешения автора.
http://forum.tokiohotel.ru/showthread.php?t=31253
Пролог.
Toms POV:
Вот многие считают, что волшебства на Рождество не бывает. Так же считал и я, пока однажды со мной не случилась эта странная история. Почему снег, падающий с неба, светится, когда попадает под свет фонаря? Я бы никогда в жизни не дал правильного ответа на этот вопрос, пока не увидел все своими глазами. Но об этом я расскажу позже. Сейчас главное это поведать историю того, как однажды мне подарили счастье. Да-да, именно подарили, как в волшебной сказке. Хотя моя жизнь это и есть самая что ни на есть настоящая сказка…
Глава 1. Он приедет.
- Том, я дома! услышал я голос матери в гостиной и улыбнулся.
Мама это самый близкий мне человек. Да, оставаясь 20летним парнем, я продолжал жить вместе с ней. Мы помогали друг другу, зарабатывали, и поэтому финансового дискомфорта не чувствовали. Моя мать была замечательной женщиной. Её душа была необъятной доброты, и имя её было полно материнской ласки и нежности Симона. Нашей семье приходилось нелегко, поскольку отец бросил нас, когда мне и моему брату было по 9 лет. Кстати, я разве еще вам не рассказал, что у меня есть брат? Нет, конечно же, как я мог этого упустить. Его зовут Билл и, если честно, мы никогда в жизни не жили мирно. Постоянные ссоры и размолвки не давали нам спокойно пройти мимо друг друга даже в свободном коридоре, потому что каждый из нас норовил наехать на другого. Мы близнецы и чаще всего любыми своими схожими жестами раздражали друг друга.
- Привет, мам, - улыбка моя стала еще выразительнее, когда она зашла в комнату, отряхивая снежинки с кончиков своих волос.
- Привет, сынок, - улыбнулась она, посмотрев на меня. Сегодня, наконец-то, у меня последний день работы. Я решила, что на это Рождество стоит взять отгул и побыть вместе с семьей.
Я снова улыбнулся. Моя мама работает фотографом на праздниках и получает довольно хорошие деньги. Снимки для местной газеты или же просто фотографии какого-нибудь праздника давали нам неплохие деньги. В свою же очередь я работал курьером. Деньги не большие, да и работа не очень важная, но все-таки подработка есть. Так и живем. Я учусь в институте на языковедческом факультативе, параллельно с этим у меня есть незабываемая страсть. Это страсть к гитарам. Я учился на ней играть с 6 лет, поэтому у меня довольно ловкие руки, что нравилось большинству людей.
- Замечательно, - я улыбался. Наконец-то, ты хоть на один праздник останешься дома. Я рад.
Мать селя рядом со мной на диван и снова улыбнулась:
- Том, у меня для тебя есть небольшая, но, думаю, для тебя не очень хорошая новость, - она протянула ко мне руку, беря за ладонь, сжимая её пальцами.
- Какая же новость может быть для меня не очень хорошей? вопросительно посмотрел я на нее, вскидывая брови.
- На это Рождество приедет Билл, - спокойно заключила она, посмотрев мне в глаза.
А меня на этот момент будто током шарахнуло. Я не видел его уже ровно три года, но и видеть не хочется. Притом, что наше последнее расставание оказалось до ужаса неадекватным. Тогда он просто орал как невменяемый, пытался меня ударить. Но самое удивительное было то, что я даже сам не понял, из-за чего он так взбесился. Сейчас он учится, работает и снимает комнату на другом конце Магдебурга.
- Билл? Зачем ему это все нужно? удивленно спросил я, оглядывая озадаченный взгляд матери.
- Я сама не знаю, Том, - вздохнула она. Но он недавно звонил мне и сказал, что он очень по нам скучает.
- Скучает? переспросил я, переводя взгляд куда-то в пол. А разве он умеет это делать? мой голос звучал с таким сарказмом, что я сам себе удивился.
- Том, - с небольшим укором проговорила мать. Не относись так к своему младшему брату и пойми, что одному ему жить не так уж и легко. Он просто хочет приехать к нам, что ты плохого в этом видишь?
- Ничего, мам, - выдыхаю я. Но только, пожалуйста, пусть он не испортит нам этого праздника. Ты же знаешь его характер. Он как будто и не брат мне больше.
- Не говори так, сынок, - мать провела ладонью по моему плечу. Он был, есть и всегда будет твоим близнецом.
- Я знаю, мама… Знаю…
В гостиной мерцал камин. Языки пламени лизали древесину, что была его поддержкой, будто благодаря её за это. На улице идет снег, покрывая все своим блеском. Блеском снега от фонарей, происхождение которого я еще не знал. Мне казалось, что это лишь кристалликами льда отражают его свет. Только вот я ошибался…
Глава 2. Явление.
Забавно сейчас осознавать, что я не находил себе тогда места. Ходил из угла в угол, смотрел в окно. Матери не было дома: она ушла за покупками, чтобы приготовить вкусный ужин, и сказала, чтобы я ждал Билла, который должен приехать с минуты на минуту. Но мне казалось, что каждая секунда длилась вечность. Бегая из стороны в сторону, я понимал, что уже практически не могу ждать. Мне хотелось его увидеть и, неважно то, как мы расстались в прошлый раз. Важно было то, что я его наконец-то увижу. Ведь как-никак он мне брат.
В гостиной была полутьма, потому что я очень люблю в сочельники такое освещение. Оно придает празднику мистичности и немножко, как мне тогда казалось, несуществующего волшебства.
Я услышал, как что-то скребется в дверь и, сразу же, подумав, что это мать, направился в прихожую. Под дверью лежал небольшой золотистый конверт. Меня это удивило, потому что я раньше никогда такого не видел. Он блестел, как снег. Я поднял его с полу, разглядывая причудливый узор. Перевернув его к себе другой стороной, я увидел выбитое на нем «Кому: Тому Каулитцу». Больше на письме ничего не было написано. Раскрыв конверт, я вытащил оттуда золотого цвета лист, раскрывая его. Воспользовавшись тем, что в доме никого нет, я начал читать:
- Мы считаем, что в этом году ты достоин того, о чем задумываются и мечтают миллионы, - странные слова, не правда ли? Я помню, как я сильно удивился и, рассмеявшись, положил конверт в тумбочку.
Мне показалось, что это всего лишь забавная шутка, которой разыгрывают на рождество. Вдруг я услышал звонок в дверь, тут же наверняка догадываясь, кто это. Поправив на себе футболку, я открыл входную дверь, наблюдая за тем, кто за ней стоял.
Как я мог и предположить, этим человеком оказался мой брат. Он не сразу заметил то, что ему открыли, и вообще стоял к двери спиной, копаясь в сумке, укладывая туда что-то. Я не сразу понял, что у него с волосами, но потом до меня стало смутно доходить, что это были дреды. Как же давно я его не видел, да и он меня. С той поры довольно многое изменилось. Он изменился, и я тоже. Про себя я говорю, как про человека изменившегося не только внешне, но и морально. Про него я мог сказать лишь одно: он стал похож на нескладную, худую, но безумно красивую девушку.
- Кхм-кхм, - я решил привлечь его внимание, отчего он вздрогнул и резко развернулся, роняя свою сумку.
- Привет, - проговорил он, осматривая меня. Затем он снова вздрогнул, удивленно посмотрев на меня, - Том?!
- Он самый, - я скрестил руки на груди, осматривая его. Не думал, что ты меня не узнаешь, братец.
Он наклонился, поднимая свою сумку и оттрясая её:
- Может быть, пустишь меня в дом родной? Мама дома? я отступаю в сторону, пропуская его в дом. Практически ничего в нем не изменилось, хотя он стал только ярче краситься и больше походить на девушку. Странно так было думать о брате, да? Но меня это сейчас совершенно не волновало.
- Нет, её пока что нет, - проговорил я, наблюдая, как он проходит и ставит сумку на пол, рядом с тумбочкой.
- Жаль, а когда она придет? брат был холоден, как лед. Впрочем, это случалось всегда, как только мы начинали разговаривать.
- Все еще не можешь мне простить? усмехнулся я, смотря на него, видя то, как он вздрогнул.
- Это тебя не касается. Я сам смогу разобраться в себе и своих чувствах. А сейчас, пока я вынужден терпеть твое общество, скажи мне, что ты от меня хочешь? он развернулся ко мне, коля своим резким и злым взглядом.
- Ничего, - стараясь сохранить спокойствие, отвечаю я.
- Ну, вот и закрой свой рот. Я не хочу даже знать о твоем существовании, близнец, - последнее слово было налито сарказмом.
Неприятно было понимать, что твой брат готов обрушить на тебя все мировые проклятия только из-за того, что когда-то его девушка выбрала меня, а не его. Я же прекрасно дал ей понять, что между нами ничего нет, но она продолжала ко мне клеиться. Причем прямо на глазах Билла.
Билл тут же прошел на кухню, не говоря мне больше ни слова. Сухое обращение, как будто я ему совершенно посторонний человек. Я так и знал, что рождество будет бесповоротно испорчено этим так называемым «близнецом».
Глава 3. Размолвки.
В этот вечер мать пришла домой через несколько минут. Ужин готовился не долгое время, поэтому мама попросила нас с Биллом просто посидеть за столом. С того момента нашего последнего разговора он не проронил ни одного слова в мою сторону, что весьма взволновало мать. Подав на стол горячее, она присела во главе, посмотрев на нас. Мне показалось, что ей так и хочется спросить, в чем дело, но она решила пока воздержаться от этого вопроса:
- Билл, я так рада, что ты приехал к нам, - улыбнулась она, смотря на моего брата, изучая его нового. Мы по тебе скучали.
- Мам, можно сказать, что скучала ты одна, - мягко улыбнулся он, покосившись на меня.
- Отчего же ты так думаешь? - удивленно спросила мать, тоже посмотрев на меня.
- Том с самого порога начал трепать мне нервы, - устало вздохнул он, складывая руки на груди.
- Том, мать укоризненно посмотрела на меня.
Впрочем, так было всегда. Билл умел выставить себя ангелом, превращая меня при этом в ужасного дьявола, порой эта его привычка жутко меня раздражала.
- Да не было такого! я все-таки попытался защитить себя от этого, прекрасно понимая, что мать по-любому будет на его стороне.
- Да, ладно, Томми, признайся, ты же ненавидишь меня, - усмехнулся Билл, явно начиная задираться, склоняя меня к ссоре.
- Билл, перестань, - возмутилась мать, и тот покорно отвел от меня взгляд, замолчав. Неужели, нельзя хотя бы в сочельник не ссориться? Вы уже взрослые люди, как это понимать?
- Извини, мама, - как не крути, но извиняться все равно придется мне. Даже если виноват Билл.
Но мать лишь вздохнула, посмотрев на нас:
- Ладно, давайте есть, - проговорила она, и мы перекидываясь по-детски гневными взглядами с Биллом послушали её слова.
Было весьма забавно наблюдать, как он, немного скалясь, поедал мамино спагетти в грибном соусе. Давно я его не видел, и как не крути, он ни капли не изменился.
Все время, пока мы ужинали, я лишь ковырялся вилкой в тарелке. Все время, когда я ссорюсь с Биллом, у меня пропадал аппетит. Довольно странная привычка, но все же как-то не по себе. Это на сколько же я похудею, пока он будет гостить у нас? В пору хоть самому уезжай подальше от него.
- Мальчики, а вы не считаете, что нам нужна омела? спросила мама, посмотрев сначала на Билла, затем на меня.
- А зачем? удивленно спросил Билл, вскидывая брови. Как же мне нравится эта его привычка. Я даже однажды перенял её у него, после чего он распсиховался и сказал, что я его копирую. Ну, что поделать, Билл любит быть единственным в своем роде, и любит, чтобы все внимание уделялось только ему.
- Ну, просто на Рождество принято держать её в доме. У нас ведь она каждый год висела над входной дверью. Говорят, что она прогоняет злых духов, - проговорила мать, немного улыбаясь.
Я тихо рассмеялся, после чего Билл, посмотрев на меня, слабо улыбнулся. Мама всегда была до безумия суеверна. Однажды, прочитав об этом в книге, она стала каждый год покупать её.
- Ну, так ребята, - проговорила она. Сходите завтра за омелой?
- Хорошо, мам, - кивнул Билл. Только я без него пойду. Он кивнул на меня взглядом, и мне почему-то стало обидно. Ну, да, Билл, что собственно я мог от тебя ожидать.
- Ну, уж нет, - нахмурилась мать. Вы пойдете вместе. Вы братья или кто?
- Братья, - выдохнул Билл, опуская взгляд на стол.
С кем бы мы ни спорили, но матери противостоять не можем. Особенно Билл. Он всегда перед ней по-особенному слаб и нежен.
- Ну, вот и замечательно, - воскликнула она. Билл, ты уже разложил вещи?
- Нет, мам, - неловко проговорил он, скомкав салфетку. Я же на пару дней.
- Ах, да, точно, - немного расстроено проговорила она. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я тебя поселю к Тому? Просто комната, в которой ты жил теперь является небольшим складом, и мы с твоим братом никак его не разберем.
- Нет, не буду, - проговорил он сквозь плотно сжатые губы, медленно разрывая салфетку.
- Отлично, мальчики! воскликнула мама. Надеюсь, что вы найдете общий язык.
Ох, и как же она была тогда права. Даже слишком для матери, потому что именно следующий день толкнул меня на счастье.
Глава 4. Рождественская омела.
- Том, Билл, вы собираетесь? слышался голос матери из-за двери.
Я уже полностью одетый и готовый сидел на своей кровати, наблюдая, как Билл судорожно быстро пытался одеться, нервно дергаясь. Я представить себе тогда не мог, почему он так себя вел. Он, несомненно, был таким же нервным, но истеричности в нем было поменьше.
- Да, мам, - отвечаю я, потому что мой близнец был чрезвычайно занят. Билл сейчас оденется, и мы пойдем.
- Хорошо, - проговорила мать громко и внятно. Я буду обед говорить, уйдете без меня и дверь сами закроете.
- Хорошо, мам, - воскликнул Билл, натянув на себя футболку.
За дверью послышались удаляющиеся шаги, а брат начал одевать на себя толстовку.
- Ну, где покупать будем? спросил вдруг он, застегивая молнию.
- Пойдем на рынок, там, вроде, продавали неплохие ветки, - пожимаю плечами, поднимаясь с кровати. Пошли.
- А ты мной не командуй, то, что ты старше на 10 минут не изменит в море погоды, - он презрительно хмыкнул, направляясь к выходу из комнаты. Догоняй.
***
На рынке было очень людно. Все ходили из стороны в сторону, закупались, здоровались, желали друг другу приятных праздников. На лицах прохожих сияли улыбки, все были так доброжелательны и счастливы, что не хотелось все портить своим кислым лицом и приходилось улыбаться им в ответ.
- Ну, что? Куда дальше? Билл остановился, скрестив руки на груди, тем самым тормозя прохожих людей.
- Не знаю, тут неподалеку должно быть, - отвечаю я. Отойди с дороги, мешаешь, - я взял его за руку, чтобы отвести к краю.
- Отстань! воскликнул он, вырвав у меня руку. С какой стати ты меня трогаешь?!
- О, Боже… - в тот момент мне показалось, что Билл опять начнет истерить без повода, но вдруг увидел то, как что-то маленькое, похожее на бабочку, мелькнуло в толпе. Я вскинул брови, но это «что-то» мелькнуло еще раз, и я, как завороженный мотылек, пошел туда, решив разобраться, в чем дело.
Билл был удивлен такой моей реакции, но почему-то все же направился следом. Дойдя до этого места, я увидел фонарь. Падающий вокруг снег как-то по-особенному блестел на свету, переливаясь, что почему-то заворожило меня.
- Что с тобой? услышал я немного обеспокоенную интонацию брата. Меня тогда это очень удивило. Возможно, я тогда и правда выглядел воистину странно.
Я опустил глаза ниже и увидел небольшой магазинчик с названием в стиле «Омела», и направился следом, услышав фырканье моего близнеца. Я потянул за входную ручку, и отворил дверь. Почему то именно тогда на меня нахлынуло нечто, что тянуло туда. Я зашел в помещение, которое было выставлено в каком-то старинном стиле. И что меня тогда больше всего удивило это пыль на ручке. Неужели, тут так давно никого не было?
- Поцелуйтесь! услышал я старческий голос, и посмотрев вперед я увидел старичка, который перебирал веточки. Над вами висит омела это традиция.
Не знаю, почему, но я почему-то поддался этому голосу тогда, разворачиваясь назад и смотря на брата. Я увидел небольшую растерянность в его глазах, и мы одновременно посмотрели вверх, замечая там омелу.
- Это безумие? спросил он, и, как ни странно, я не услышал там ни дольки отвращения, ни дольки презрения.
- Думаю, что это просто традиция, - слегка подав плечами, проговорил я. В этом нет ничего страшного.
- Я согласен, - проговорил он, подаваясь вперед.
Я поступил точно так же, касаясь своими губами горячих от мороза губ брата. Странное ощущение целовать его. Он был совершенно податливым и расслабленным.
Старичок, стоявший за торговой лавкой, улыбнулся, посмотрев на нас. Его губы были растянуты в довольной и доброжелательной улыбке.
- Вот твой первый шаг, - прошептал он себе под нос, но только я этого практически не разобрал, да и просто не обратил внимания…
Глава 5. Немного о лавке чудес.
Я был немного удивлен тем фактом, что неприязнь Билла на тот момент была исчерпана. После поцелуя под омелой он будто бы резко так одомашнился. Странное поведение не свойственное ему постоянно меня удивляло. Он стал разговаривать со мной чаще, на что мать нарадоваться просто не могла. Меня поразила энергичность моего брата. В тот день он был будто окрыленный, что просто восхищало глаз.
- Билл, что-то случилось? улыбнулась наша мать, когда Билл практически сиганул за обеденный стол, улыбаясь.
- Нет, мам, - проговорил он. У меня просто настроение праздничное, - а на его губах играла счастливая улыбка.
- Что-то оно у тебя после покупки омелы резко появилось, - улыбнулась мама. Может, с девушкой красивой познакомился?
- Нет, ты что, мам? заулыбался мой брат. Просто все люди такие счастливые были, вот я тоже заразился их счастьем.
- Ясно, - проговорила она. А в каком месте вы покупали эту чудесную веточку?
- Да на местном рынке, сейчас там продаются самые хорошие праздничные украшения, - решил я вставить свое слово.
- Да, я знаю, сынок, - улыбнулась мать. А в какой лавке покупали?
- Ммм… - протянул Билл, задумываясь. Я не знаю, где это точно было, но это было перед четвертым рядом, там еще фонарь такой красивый стоял. Но называется он вроде «Омела».
Мама удивленно посмотрела на него, затем задумалась и, наконец, выдала:
- Сынок, такого магазина нет.
- Как нет? удивленно спросил я, посмотрев на нее. Мы же там были.
- Ребят, в том месте, о котором рассказал мне Билл, просто стенка, - мать была просто невероятно удивлена, но зачем она задумалась. А может быть…
- Что? с интересом спросил Билл. Нам это показалось? Мам, двоим сразу казаться не может!
Она вздохнула, посмотрев сначала на стол, затем на нас, серьезно нахмурившись:
- Вы уверены в том, что не шутите?
- Нет, мам, - вздохнул я. Мы там были и эта омела куплена в том магазинчике.
- Значит, в этом году выбрали вас, - мать чуть улыбнулась. Я никогда в это не верила, и думала, что это все шутка.
- Ты про что? не выдержав, спросил Билл.
- Это лавка чудес. В нашем городе её так называют. Говорят, что каждое Рождество она появляется для людей, которые заслужили свое счастье.
Мама задумчиво кусала губы, смотря сначала на меня, затем на Билла. Сомнений не было она в это верит. Как я уже вам рассказывал, она выла невероятно суеверна и верила во все чудеса. Мне даже порой казалось, что она до сих пор думает, что Санта Клаус существует.
- Те, кто там был, говорят, что в ней продавалось то, что они так искали. Зайдя в магазин, они видели всюду пыль, ветхость и старину, за прилавком сидел старик-продавец, который все время что-то перебирал.
Я увидел то, как глаза Билла резко расширились и он приоткрыл рот.
- Мам, а ты… там была? спросил я, внимательно посмотрев на нее.
- Да, была, - проговорила она.
- И? нетерпеливо спросил Билл.
- В тот день я встретила вашего отца, - проговорила она. Я поцеловала его в том магазине под омелой, на что тот старичок презрительно фыркнул, сказав, что я делаю ошибку, но затем улыбнулся. Правда, я только теперь поняла, что мне это стоило. Но я частично счастлива, ведь у меня есть вы…
Мать посмотрела на нас слезящимися глазами и улыбнулась:
- Вы мое счастье…
Глава 6. Еще один загадочный момент.
- Том, а ты уверен, что ты положил его именно сюда? прошептал Билл, наблюдая за тем, как активно я перебираю содержимое в ящике тумбы, которая стояла в прихожей.
- Да, я уверен в этом, - я стал потихоньку вытаскивать оттуда разные ненужные вещи: старые перчатки, какие-то нитки и прочую белиберду.
- Может, ты его засунул куда-нибудь в другое место? брат стоял, комкая в руках мой шарф, который я дал ему ранее, достав из ящика.
- Нет, я уверен, что я положил это чертово письмо сюда! восклицаю я, вытаскивая какой-то журнал.
Вдруг из него посыпалась золотистая, блестящая пыль, как будто ветром сдуваемая к двери. Моему удивлению просто не было границ, впрочем, так же, как я удивлению Билла.
- Что это было? спросил он. В доме же нет сквозняка.
- А, может, и есть, - я пожал плечами, складывая все это на место. Странно, письмо было точно такого же цвета, как эти блестки.
- Том, что происходит? спросил мой близнец. Мы сходим с ума, да?
Он приобнял себя за плечи, посмотрев на меня, и мне почему-то вдруг захотелось его обнять.
- Мне кажется, что это все не так, - проговариваю я, задвигая ящик и разворачиваясь к нему. По крайней мере, два человека сразу видеть одни и те же галлюцинации не могут.
- Ты прав, - проговорил Билл, кивнув. Тогда что это было?
- Это, наверняка сквозняк, не пугайся ты так, - вздохнул я, подходя к нему.
- Я не пугаюсь, - усмехнулся он, будто включив в себе язву. Это все ради твоей расшатанной психики, братик.
Я лишь вздыхаю. Ну, что я мог поделать с таким человекам, как он? Так или иначе, он был мне родным братом, а ни кем-то посторонним, поэтому противоречить ему не стал себе дороже.
- Что молчишь, сказать нечего, да? усмехнулся он, скрещивая руки на груди.
- Билл, выруби стерву, - ухмыльнулся я, подходя к нему, отчего он чуть попятился назад.
- А то что? усмехнулся он, опираясь спиной во входную дверь.
Я указал взглядом наверх, где сейчас висела омела.
Как только мы вернулись с рынка и показали матери ветку, она тут же попросила нас её повесить, что мы, несомненно, сразу же сделали.
- Над нами висит омела, - проговорил я, опуская на его взгляд. Это угроза…
- Мне не страшно, - проговорил он, подаваясь вперед, касаясь своими теплыми губами моих.
Я сам не заметил, как его тонкие руки обвили мои плечи. Не заметил то, как он крепко ко мне прижался. Я наслаждался этим моментом, обхватив его руками за талию.
А голове у меня крутилась лишь одна мысль: главное, чтобы этого не увидела мать. Потому что поцелуй был похож на сущее безумие.
Безумие? Нет, это всего лишь традиция поцелуй под омелой. Но… почему у меня так сильно билось сердце?
Глава 7. Гормоны.
- Блин, Том, хватит на меня так смотреть! воскликнул Билл, отворачиваясь от меня.
Я сам толком не понял, в каком смысле он это сказал, и удивленно вскинул брови.
- Ты о чем? спросил я, продолжая на него смотреть, только в этот раз удивленно. Я же вроде твой брат.
- Да, ты мой брат, поэтому не пялься на меня! пропыхтел близнец, натягивая на свои бедра пижамные штаны. И что ты на меня вообще смотришь?
- А что? Мне глаза закрыть из-за твоей прихоти? усмехаюсь, наблюдая за тем, как он расстилает кровать, повернувшись ко мне пятой точкой.
Мой взгляд невольно начал шарить по ней, оценивая её достоинства. Худая, но в меру округлая, наверняка мягкая и упругая, горячая и узкая. За такую расценку пятой точки брата я попытался укорить себя, но у меня ничего не вышло. Поймав мой взгляд, близнец громко возмутился:
- Какого черта, Том?! буквально взвизгнул он, скрещивая руки на груди и разворачиваясь ко мне передним корпусом. Куда ты смотришь?
- Ну, я же только смотрю, - спокойно проговариваю я, усмехаясь.
Похоже, тогда Билл потерял в себе функцию стервы, оставляя только истеричку. Но мне это безумно нравилось. Он был таким резким, пылким, бесшабашным, что мне просто захотелось завладеть им. Я сам тогда испугался своих мыслей, но решил просто не задумываться над этим.
- А тебе что и потрогать хочется? попытался съязвить он.
- Не отказался бы, - мне хотелось поставить его в неловкое положение, что у меня, несомненно, получилось.
Он растерянно и зло посмотрел на меня, а скулы немного порозовели. Впервые за последние пять лет я увидел его таким. Он приоткрыл рот, желая что-то сказать, но снова закрыл, зачем снова открыл, найдя только одно восклицание:
- Извращенец! пискнул он, садясь на кровать. О чем ты только думаешь?! Недотрах, да?
- Конечно, братец, тебя увидишь застрадаешь, - хмыкнул я, наблюдая то, как он забирается под одеяло.
- Только не вздумай приставать по роже получишь, - прошелестел он, отворачиваясь лицом к стене.
Я тогда тихо усмехнулся. И все-таки Билл очень забавный малый, а «стерва» - это лишь маска, которую он старается для всех натянуть, чтобы никто не смог им воспользоваться. Меня немного задевало то, что он не научился доверять даже мне. Даже мать, наверняка, многого о нем не знала.
- Обязательно пристану, братик, - проговорил я, стягивая с себя футболку. Изнасилую, пока ты будешь мирно спать.
- Подонок, - пробурчал он. Я в гостиную спать уйду.
- Да, хоть к маме, - не упустил я шанса подковырнуть его, отчего близнец сжал одеяло своими наманикюренными пальчиками.
И все-таки забавный у меня брат.
Глава 8. Причудилось?
Я проснулся, медленно открывая глаза. Делать что-либо тогда было очень лень, поэтому я решил просто полежать, как вдруг услышал какой-то непонятный звук, похожий на звук полета колибри. Я приоткрыл глаза, оглядывая комнату ничего особенного, по крайней мере, передо мной. Скосив глаза в бок, я удивился и был повергнут в легкий шок. Что-то маленькое, похожее на человека с крылышками бабочки порхало над моим братом. С крылышек этого чудо-создания сыпалось что-то вроде порошка, похожее на золотистую пыльцу. Пыльца попадала прямо на лицо брата, отчего он немного недовольно поморщившись, улыбался.
- Ты тоже достоин счастья, каким бы ты ни был, - прошептало это создание тихим женским голосом, быстро метнувшись в сторону окна, вылетая.
Что это было, показалось ли мне это я не знаю.
Брат подскочил на месте, тут же посмотрев на окно, он был полон бушующих эмоций. Я присел на кровати, посмотрев на него. Когда же он заметил меня, тот тут же выпалил:
- Ты видел это?! воскликнул он, шаря по мне недоумевающим взглядом.
- Смотря что ты увидел, - проговорил я, оглядывая её.
- Девушка, - пролепетал он. С крыльями бабочки. Фея? он вскинул брови, сам стыдясь такой, только что сказанной им, глупости.
- Иного названия этому я и не вижу, - проговорил я, вздыхая.
- Черт, Том, я, кажется, схожу с ума, - пролепетал он, поджимая под себя колени, взявшись руками за голову.
- Ты сам говорил, что массового сумасшествия не бывает, - проговорил я, скрещивая руки на груди.
- Тогда что? Причудилось? он поднял на меня глаза, вскидывая бровь.
- Может быть, - вздыхаю я, поднимаясь на постели. Собирайся.
- Куда? с интересом спросил он, сползая к краю своей кровати.
- В лавку чудес, - спокойно ответил я, натягивая на себя безразмерные джинсы. Попробуем выяснить кое-что.
Билл лишь согласно кивнул, поднимаясь к кровати. Никто из нас не знал результата того, что мы увидели там. Но в одном я был уверен точно лавки чудес не существует.
Глава 9. Еще одно маленькое недоразумение.
Собрались мы довольно быстро и, сказав матери, что идем прогуляться, быстро вышли из дома. Мама опять что-то готовила и по запаху мы поняли, что это было нечто вкусное.
- Том, а зачем мы туда идем? спросил мой близнец, идя вслед за мной. Я в свою очередь держал курс на рынок.
На улице было еще светло и, как ни странно не шел снег. Улицы города были покрыты слоем пушистого снега, что застилал всю округу. Дорожки были уже прочищены и даже кое-где протоптаны, что довольно-таки радовало. Создавался эффект праздника, что так неоспоримо ласково согревал душу.
- Мне нужно узнать, существует ли эта лавка на самом деле, - говорю я, быстро шагая по дороге.
- Конечно, существует! воскликнул Билл. Что заставляет тебя сомневаться в этом?
- Ты помнишь то, что ты видел сегодня утром? останавливаюсь я, поворачиваясь к брату лицом, отчего тот чуть ли не впечатывается в меня, становясь впритык.
- Да, помню, - кивнул он, прикрыв на несколько секунд глаза и снова посмотрев на меня. Мне кажется, что я это никогда не забуду.
- Что-то похожее я увидел, когда мы искали, где купить омелу, - проговорил я, смотря в ответ.
- Ты хочешь сказать что…
- Да, Билл, именно это существо привело нас к лавке, - проговорил я, хватая его за руку, делая шаги. Пойдем. Что-то мне подсказывает, что мы ничего не найдем.
Билл не противился мне тогда и спокойно позволил вести его за руку к рынку. Странно, не правда ли? А еще несколько дней бы назад он наорал бы и истерично одернул руку.
Придя на место, я огляделся. Народу на рынке была не много, так как любой бы хотел в сочельник понежиться в постели. Я огляделся и, вспомнив, что лавка находится неподалеку от фонаря, направился к нему. Мое удивление на тот момент превысило все границы: место, где еще недавно был магазин «Омела» превратилось в простую стену.
- Что за…? пролепетал близнец за моей спиной, смотря на стену. Это что такое?!
- Стена, Билл, - проговариваю я, вздохнув.
Наверняка, со стороны мы казались похожими на идиотов, потому что с таким удивлением смотрели в стену, которая существовала тут «всегда». И это «всегда» было для большинства жителей Магдебурга, но только не для нас.
- Я вижу, что это стена! практически взвизгнул Билл, раздражаясь. Но почему здесь стена?!
- Не ори, мелкий, - проговорил я, прислушиваясь к какому-то знакомому, но странному звуку. Ты слышишь?
- Что? в этот раз свои возмущения по поводу «мелкий» близнец отложил, что несказанно радовало.
- Этот звук… - я подошел к стене, прикладывая к ней ухо. То, что я услышал, снова повергло меня в шок.
Близнец сделал несколько шагов вперед и повернувшись ко мне лицом, тоже приложил ухо к стене. Я увидел, как резко сужаются его зрачки, будто от резкой боли.
- Это же… - прошептал он, смотря на меня. Тот самый звук.
- Да, - медленно кивнул я, прислушиваясь к звуку, похожему на звук крылышек колибри.
- Они там? прошептал он, смотря на меня.
Я же, в свою очередь, отстраняюсь и киваю, посмотрев на него:
- Думаю, что так и есть, - проговорил я.
Билл прикусил губу, отстраняясь от стены, посмотрев на меня, чуть улыбнулся:
- Мы, кажется сходим с ума… - проговорил он, как вдруг я увидел, что из-за угла вылетает маленькое странное создание с крылышками бабочки.
- Фея, - проговариваю я, переводя взгляд на нее.
- Что? краем глаза я видел, что брат вскинул бровь.
Я беру его за плечи и разворачиваю его к предмету своего удивления.
Странно, почему люди, проходящие мимо, ничего не видели тогда, ведь это было так удивительно. Быть может, они просто научились не видеть чудес?
В то время она поманила нас рукой, снова залетая за угол. Что же, хуже нам быть просто не могло, поэтому мы с Биллом решили пойти следом. Что они могли с нами сделать?
Глава 10. Тяга.
Главная моя ошибка была в том, что я не понимал того, что хотели от меня феи. Хотя, догадаться можно было. Жаль, что это я понял только потом, когда все случилось.
Это создание просто как будто испарилось. Чудные вещи происходили на то рождество с моим братом и мной. Возможно, так сделали феи, а, может быть, я решил так возомнить, но это было тогда абсолютно не важно.
Мой разум будто затуманился, и я неожиданно даже для самого себя притянул Билла к стене, вжимая его в нее, отчего мой близнец вздрогнул:
- Ты что делаешь? прошептал он, когда я запустил руки под его одежду, проводя холодными пальцами по его горячей коже.
Я чувствовал пальцами мурашки, побежавшие по его спине, видел их на шее. Я коснулся носом его шеи, вдыхая его запах. Мной будто кто-то завладел, двигая моими руками, заставляя гладить близнеца. Место было не из наилучших, какая-то улочка, точнее переулок, наверняка с дальнейшим тупиком, но не в этом сейчас суть. Я почувствовал, как Билл возбудился, и моя рука сама выскользнула из-под его куртки, надавливая на его пах. Я понимал, что это совершенное безумие, обжиматься сейчас с братом в каком-то переулке. С родным братом-близнецом. Черт подери, но это было так превосходно, что у меня не было слов, чтобы это все выразить. Это безумие мне казалось совершенно обыкновенным, но как ни странно вокруг не было ни одной ветви омелы. Да и зачем она нужна, когда Билл податливо раскрывается передо мной, позволяя себя трогать?
Мне казалось, что сейчас в моей голове и теле, по меньшей мере, ураган или смерч, который заставляет все спутаться и отдаться непонятному порыву целовать и ласкать брата, что я, несомненно, и делал. Я оттянул ворот его куртки, покрывая поцелуями шею, прижимая его еще плотнее к стене, отчего он тихо прохрипел, чуть выгнувшись. Неужели, он тоже так же обезумел? Раньше бы он даже посмотреть на себя нормально не дал, а сейчас отдавался, практически трепеща от касаний.
- Постой, Том… - отчаянно зашептал он. Что мы творим, так нельзя, - его дыхание уже было сбито, пока я массировал пальцами его, уже готовую к действиям, возбужденную плоть.
Билл облизнул губы, чуть уперевшись ладонями ко мне в плечи, и я, не удержавшись, прильнул к его губам, вовлекая в поцелуй. Брат застонал оттого, что я засосал его верхнюю губу, но не сдержался и ответил мне, засасывая мою нижнюю. Он толкнулся ко мне в руку, и я, решив действовать решительнее, расстегнул его ширинку, запуская руки в боксеры, обхватывая обжигающе-горячую плоть ледяными от мороза пальцами. Он выдохнул, отчего пар начал распространяться по воздуху, растворяясь в нем. Он застонал прямо ко мне в рот, двигая бедрами в мою руку. Его язык скользнул ко мне в рот и я, поймав его пирсинг, оттягиваю его, слыша его стон в своей ротовой полости. Я почувствовал, как он бесконтрольно задрожал и разрядился ко мне в руку. Я сделал еще несколько движений, удерживая обмякшего брата руками. Он пытался уравновесить дыхание, хватаясь руками за мои плечи.
- Что мы сделали… - прошептал он мне на ухо, а я, довольно ухмыльнувшись, легко поцеловал его скулу.
- Это тяга, - прошептал я, чувствуя его легкий поцелуй куда-то в шею.
Глава 11. Признание.
Домой мы с Биллом вернулись в немного неадекватном состоянии. Хотя почему «немного»? Мы были в полном неадеквате. Билл даже смотреть на меня боялся, только держал меня за руку в течение всего пути. Он не сказал ни слова, что меня, несомненно, очень даже сильно беспокоило. Он был молчалив и задумчив, как будто в каком-то трансе, хотя я был не лучше.
Тысячи мыслей тогда крутились в моей голове, не давая сосредоточиться на главной цели. Что меня тогда побудило трогать брата? Что в меня вселилось? Одержимость? Но и он не давал особого сопротивления, что почему-то меня несказанно радовало. Сейчас он, наверняка, не хочет со мной разговаривать, потому что никак не отойдет от шока. Я тогда боялся представить, какая истерика захлестнет его, когда он все расставит по полочкам. Наверняка, разговаривать со мной не будет до конца моих дней.
И все-таки, что побудило меня на такой необычный шаг? Ведь мы просто пошли за феей. Это сговор? Да не может такого быть, чтобы волшебные силы пытались нас соединить. Это невозможно, и фей не существует.
Удивило меня тогда одно, что Билл именно в этот самый момент вздрогнул, посмотрев на меня. Первый раз за такой промежуток времени. Я сжал его ладонь, показывая тем самым, что все будет хорошо, на что он немного улыбнулся.
- Том? тихо спросил он, не сводя с меня взгляда.
- Да? подал я свой голос, стараясь улыбнуться.
- Как ты думаешь, почему все так происходит? прошептал он, сжимая мою ладонь в ответ. Ты играешь?
- Как я могу играть тобой? сказал тогда я. Чем?
- Мной, моими чувствами, - проговорил он, отводя взгляд. Неужели ты до сих пор этого не видишь?
- Чего я не вижу? проговорил я, чувствуя, как мое сердце ёкнуло в груди.
- Не важно, - проговорил он, отвернувшись, вытаскивая руку из моей. Я душой тогда почувствовал, что он поджал губы.
- Постой, - вздохнул я, сжимая его руку, не давая ей выскользнуть.
Я знал, что это довольно сложный шаг с его стороны, да он и не договорил до конца, оставляя меня в догадках о том, что он хотел сказать. И только Билл тогда знал, что он хотел сказать, а, быть может, и еще кто. Но я знал, что именно это заставило его сорваться тогда и уехать из дому.
- Пошли домой? проговорил я, скрещивая наши пальцы, чтобы не дать почувствовать ему себя одиноким, потому что я знал, что его страх сейчас состоит именно из этого.
- Пошли, - прошептал он, кусая свои губы.
Глава 12. Записка.
Открыв входную дверь, первое, что я заметил это был золотистый блестящий конверт. Такой же, какой мне присылали в прошлый раз. Я поднял его с полу, проходя в помещение, и перевернув его прочел «Биллу и Тому Каулитц». В этот раз письмо было не только для меня и это довольно сильно заинтриговало.
- Кому такое письмо золотое? прошептал Билл, заглядывая на него через мое плечо. Нам? его голос наполнился удивлением, а брови поползли вверх.
- Да, нам, - кивнул я, раскрывая его и доставая оттуда золотого цвета.
Брат немного нахмурился, беря письмо и разворачивая лист. Следующие несколько секунд мы прибывали в легком ступоре.
На листике бумаги было выбито: «Над вами висит наша омела, будьте вместе, ведь вы и есть счастье друг друга, потому что созданы быть рядом. Не упускайте единственного шанса, любить это прекрасно». Эти слова будто оставили маленький отпечаток в моем сознании, и я, посмотрев на близнеца, улыбнулся. Его пальцы разжались, роняя рассыпающийся листик на пол, который золотым пеплом развеялся, исчезая. Конверт в моей руке будто растворился, и я смотрел в глаза близнеца. Он был немного растерян, но все же слабо, но улыбался. Улыбался по-доброму, нежно, по-родному и любяще, что я не удержался, притягивая его к себе за талию. В этот раз по своему желанию, без чего-либо лишнего.
- Над нами омела, - тихо прошептал он, заставляя меня улыбнуться.
- Это не из-за нее, - проговорил я ему в губы, зачем легко касаясь их, проводя рукой по спине, крепче притягивая к себе.
Странный перелом я чувствовал тогда. Мне казалось, что так и должно быть, что я должен сейчас его целовать, обнимать и даже ласкать, что я должен быть рядом с ним, только с самого детства не замечал этого. Мне казалось, будто мне раскрыли глаза, пока до этого я был полуслеп не замечая того, кто почти постоянно находился рядом. И только тогда я понимал, почему он так себя вел, почему истерил и склонял меня он просто хотел внимания с моей стороны. Просто внимание, которое бы грело его, а я этого не замечал.
Это рождество преподнесло мне самый лучший подарок в моей жизни, открыв мне глаза на то, что я просто не хотел видеть, хотя это и было так важно. Но еще более дорогой подарок я получил только через несколько минут после своего рождения…
Глава 13. Маленькое чудо.
Прошло пару дней, и мы с Биллом становились все ближе и ближе. Брату захотелось оставаться все рождество в нашем доме, на что наша мама очень даже обрадовалась. Она не знала про наши странные отношения, слишком интимные для братьев близнецов. Мы старались не говорить ей об этом, ведь ни я, ни Билл не могли представить, что может с ней случиться, узнай она об этом. Поэтому приходилось скрываться и не говорить ничего. В доме мы старались почти не целоваться, но соблазн, когда с тобой рядом такой соблазнительный и красивый парень, значительно возрастал. Как ни странно до этого я никогда не имел тягу к такому «общению» с парнями, но Билл это человек особого покроя, человек, который принадлежит к другому списку. Он близок мне, и как ни странно у нас очень быстро складывались отношения. Теперь стало существовать мы, а не я и Билл.
- Том, а пойдем сегодня гулять? проговорил он, взяв пульт и вырубив телевизор. Надоело мне уже дома сидеть.
- Ну, пойдем, - я пожал плечами, посмотрев на него. Он так забавно скрестил руки на груди, смотря на меня в упор, что я чуть не рассмеялся. Все-таки он так и оставался капризным мальчиком, которому все вокруг не нравится и это должно крутиться вокруг него. Но я даже готов подыграть ему, чтобы потешать его страдающее вечерами мужское самолюбие.
- Хорошо, тогда пошли собираться! подскочил он с дивана, хватая меня за руку и таща за собой, но что я невольно рассмеялся. И чего ты ржешь? возмутился он, с трудом сдерживая улыбку.
- А что я сделал-то? вскидываю брови, посмотрев на него.
- Вот именно, что ничего! снова возмутился мой брат, одергивая свою футболку. Пойдем уже собираться!
Я снова рассмеялся, поднимаясь с дивана. Я все-таки такой еще ребенок мой брат. Почему-то мне кажется, что он стал еще забавнее и открытее, что, несомненно, меня очень радовало.
Сборы были недолгими, точнее для меня они заняли пару минут, а для Билла с полчаса, но я на него совершенно не злюсь, ведь это мой брат. Да обычно он собирается больше. Посмотрев на улицу, я увидел, как там хрусталиками падал снег, блестя на свете фонаря. Тогда я впервые задался простым вопросом: «Почему?» Сегодня рождество, чудесный день, говорят, что он полон волшебных происшествий. Несомненно, в этом году мы с Биллом их понавидались, но сегодня была какая-то особенная атмосфера.
- Я готов, - услышал я голос Билла, невольно улыбнувшись.
- Хорошо, - я поворачиваюсь к нему и оглядываю этот идеал. На голове шапка, дреды были уложены как обычно, что мне, несомненно, нравится, глаза были несильно подведены, а одежда как всегда в облипочку. И все-таки, красивый у меня близнец.
Мы, не сговариваясь, вышли на улицу, Билл сказал, что матери он сообщил о нашей прогулке, и она искать нас не станет, на что меня улыбнуло. Мы два взрослых парня до сих пор отчитываемся перед матерью, но это, думаю, не так уж и ужасно, потому что мы не хотим, чтобы она волновалась.
На улице, как я уже говорил ранее, падал снег, выло темно, всюду горели фонари. Было не так уж и поздно, поэтому около каких-то домов играли в снежки дети, строили снеговиков, что вызывало у нас с братом улыбки. Мы шли, переплетаясь пальцами рук между друг другом. И такой простой жест был просто наполнен интимностью, нежностью и чувством восоединенности. На небе не было не единой звездочки, только темнота, и слышался какой-то приглушенный звук полета крылышек колибри. Но это нас уже не пугало. Почему снег блестит при свете фонаря? Я тогда не задумывался над этим.
- Ты слышишь это? прошептал он, смотря на меня.
- Да, только откуда это все доносится? проговорил я тогда, смотря на него.
- По-моему сверху, давай посветим? прошептал он, доставая из кармана телефон, включая на нем фонарик.
- Давай, - проговарил я, поднимая его руку вместе с горящем фонарем на телефоне вверх.
Посмотрев на небо, мы были окутаны удивлением. В темноте летали стаи фей, сыпля своей пыльцой на людей. И только теперь мне становилось понятно, почему в рождество люди так счастливы. В этой пыльце заключалось что-то такое, что заставляло людей подталкивать себя к счастью. Ведь не феи творят его, а сами люди способны себе его подарить. Феи подарили мне счастье, как в самой настоящей сказке. Теперь я точно знаю, что я верю в них.
- Так вот почему блестит снег, - проговорил я, посмотрев на близнеца.
- Похоже, что это так, - вздохнул он, улыбаясь, опуская свою руку.
Эпилог.
Придя домой, мы сразу же стали отряхаться от снега. Наигрались мы вдоволь. Как маленькие дети бегали по улице, закидывая друг друга снежками, смеялись, делали снежных ангелов, лепили снеговиков. Нам казалось, что вот оно счастье быть вместе. Казалось, что больше ничего не нужно. И все-таки так легко найти свое счастье.
Проведя чудесный рождественский ужин, наша семья впервые за такой большой промежуток времени чувствовала единство. Весь вечер мы провели вместе, и мне казалось, что это было самое прекрасное рождество в моей жизни. Мы выпили немного шампанского, поболтали, посмеялись над шутками.
Мы с Билом поднялись наверх первыми, ссылаясь на то, что очень устали и хотим спать, на что мать улыбнулась и пожелала нам спокойной ночи. Знала бы она какая «спокойная» ночь нас ждет.
Едва войдя в комнату и дойдя до кровати, я повалил Билла на нее, целуя губы, забираясь руками под футболку. Как же долго я хотел именно этого. Буквально весь вечер я ждал того момента, когда я докоснусь до него, раздену, буду ласкать. Я стал покрывать его шею мокрыми поцелуями, отчего он откинул голову назад, открываясь мне. Я стянул с него футболку, впиваясь в губы поцелуем, после чего он обвил меня руками и ногами, ближе притягивая к себе.
- Я хочу тебя, - горячо выдохнул он, пока я скользил языком по его шее. Знал бы он, как я тогда хотел его, всего до самой последней капли.
Легко справившись с ремнем на его джинсах, я освободил его от лишней одежды, обнажая перед собой. Единственное, что я мог тогда о нем подумать это было «прекрасен», потому что он был слишком красив. Я накрыл его губы поцелуем, начиная поглаживать его полувозбужденный член, заставляя твердеть еще сильнее. Скользнув языком к нему в рот, я стал ласкать его небо, язык, скользя свободной рукой по его телу. Он тихо постанывал от моих ласк, выгибаясь, отвечая на мой поцелуй. Я знал, что в этот вечер он готов полностью отдаться мне, раздвинуть не только ноги, но и душу, раскрываясь мне до самого последнего. Я скользнул рукой ниже, лаская его поджатые яички, спускаясь еще ниже, массируя его проход, надавливая на него, отчего близнец закусил мою губу и тихо застонал от удовольствия. Проникнув в него пальцем, я тут же надавил на простату, заставляя его застонать и выгнуться. Я был возбужден и меня даже иногда трясло от его стонов, я безумно хотел быть в нем. Добавив второй палец, я стал навязчивее его растягивать, что выходило гораздо проще, он не был девственником, да и наверняка сам растягивал себя. Мы целовались страстно, тяжело дыша, я разводил в нем пальцы, подготавливая к основному процессу. Вскоре в него проник и третий палец, давя на простату, отчего близнец тихо стонал мне в губы, выгибаясь. Мы прекрасно понимали, что шуметь ни в коем случае нельзя, дабы не привлечь к себе внимание матери. Подготовка была завершена, потому что близнец стал сам насаживаться на мои пальцы, извиваясь в моих руках. Вытащив из него пальцы, я быстро стянул с себя джинсы с бельем, закидывая его длинные худые ноги к себе на плечи. Почувствовав горячий член на своем проходе, Билл подался на него, стараясь насадиться.
- Давай же, Том, - зашептал он, но меня приглашать дважды не нужно.
Я проник в него, тут же начиная двигаться. Он застонал, но я прикрыл его рот ладонью, давая опомниться. Он тихо застонал ко мне в руку, подаваясь навстречу так, как это было только возможно. Движения были быстрыми и горячими, сводя с ума сразу обоих. Переложив его ноги к себе на бедра, заставив его обхватить их, я стал двигаться быстрее, наклоняясь над ним, целуя его губы, опираясь обеими руками по бокам от него. Движения, ласки рук, его ногти, царапающие мою спину сводили с ума, я стал ласкать его член в такт толчкам, отчего мы с трудом оба сдерживали стоны. Мы вспотели, принося друг другу сумасшедшее удовольствие, неземное наслаждение, пока не разрядились одновременно, заставляя друг друга тонуть в судорогах оргазма и страсти, затем неописуемуй любви и нежности.
Я до сих пор помню, как он лежал на моем плече, выводя необыкновенные узоры на моем плече, задумчиво на них смотря.
- Люблю тебя, - прошептал он тогда, поднимая на меня глаза. Всегда любил…
Порой людям нужна вера в волшебство, чтобы подтолкнуть себя к счастью…